Обобщение судебной практики по делам, связанным с применением лесного законодательства за период 2021-2023 годы, 1 полугодие 2024 года

Настоящее обобщение подготовлено в соответствии с планом работы Арбитражного суда Республики Карелия на 2 полугодие 2024 года по результатам изучения и анализа более 1700 дел, рассмотренных за период с 01.01.2021 по 30.06.2024.

Обобщение судебной практики производилась на основании 1247 вступивших в законную силу решений Арбитражного суда Республики Карелия, принятых за указанный период и опубликованных в автоматизированной информационной системе «Судопроизводство.

Рассмотренные Арбитражным судом Республики Карелия дела можно разделить на две большие категории: первая – дела, связанные с рассмотрение требований имущественного характера, вторая – дела, связанные с рассмотрением требований неимущественного характера.

Дела, связанные с рассмотрением требований имущественного характера

В указанной категории дел можно выделить три большие подкатегории: первая – дела по требованиям о взыскании арендной платы за пользование лесным участком и пеней за просрочку исполнения обязательств по оплате; вторая – дела по требованиям о взыскании договорных неустоек ввиду нарушения арендатором лесохозяйственных требований при использовании лесов; третья – дела о возмещении ущерба, причиненного лесному фонду.

Частью 1 статьи 94 Лесного кодекса Российской Федерации установлена платность использования лесов в Российской Федерации.

Согласно части 2 той же статьи за использование лесов вносится арендная плата или плата по договору купли-продажи лесных насаждений.

Подавляющее большинство дел, рассмотренных Арбитражным судом Республики Карелия за анализируемый период, а именно 56,69% от общего числа дел, по которым решения вступили в законную силу, связано с несвоевременным внесением арендной платы по договору аренды лесного участка. Требования о взыскании арендной платы удовлетворяются арбитражным судом в силу статей 71, 72, 73 Лесного кодекса Российской Федерации, статей 309, 310, 614 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Следует обратить внимание, что по ряду дел (А26-2908/2023, А26-3200/2023, А26-3357/2023, А26-3363/2023, А26-4263/2023, А26-5574/2023, А26-6062/2023) арендаторами оспаривался расчет арендной платы. По их мнению, размер арендной платы должен быть рассчитан, исходя из объемов фактически изъятой древесины, и не учитывать недоосвоенный объем согласно проекту освоения лесов.

Арбитражный суд Республики Карелия, отклоняя заявленные возражения, указал, что согласно договору аренды лесного участка размер арендной платы устанавливается с учетом вида использования лесов, размера участка, годового размера лесопользования на арендуемом лесном участке, действующих ставок платы за данный вид использования лесов и повышающего конкурсного коэффициента. Арендатор, исходя из условий договора аренды лесного участка, обязан вносить арендные платежи за установленный среднегодовой объем использования лесов, то есть как за фактически изъятый объем древесины, так и за недоосвоенный ее объем согласно проекту освоения лесов. Арендатор, принимая решение об участии в конкурсе по передаче в аренду участка лесного фонда и подписывая договор аренды лесного участка, был ознакомлен и согласен с методикой и порядком расчета арендной платы за арендуемый лесной участок.

Данная позиция Арбитражного суда Республики Карелия поддержана Верховным Судом Российской Федерации в определении от 16.05.2024 №307-ЭС24-6053, а также постановлениями судов апелляционной и кассационных инстанций.

Внимания заслуживают и такие возражения арендатора, который считал неправомерным начисление платы сверх ежегодного объема использования лесов, определенного договором аренды лесного участка, за древесину, полученную при создании объектов лесной инфраструктуры (А26-2793/2021, А5092/2021, А26-432/2022, А26-1607/2022, А26-3912/2022, А26-4506/2022, А26-5577/2022, А26-5924/2022, А26-6751/2022).

Арбитражный суд Республики Карелия признал указанные возражения арендатора несостоятельными ввиду следующего: договором аренды лесного участка арендатору предоставлено право осуществлять на лесном участке создание лесной инфраструктуры (лесные дороги, лесные склады и другие объекты), с указанием в проекте освоения лесов, лесной декларации и других необходимых документах сведений о территориальном размещении проектируемых объектов. Создание лесной инфраструктуры не является самостоятельным видом использования лесов и в соответствии с частью 1 статьи 13 Лесного кодекса Российской Федерации допускается в целях использования, охраны, защиты, воспроизводства лесов. Таким образом, создание на лесном участке лесной инфраструктуры является правом, а не обязанностью арендатора, в соответствии с которым в случае возникновения такой необходимости, арендатор вправе изъять лесной ресурс в объеме, установленном проектом освоения лесов. Поскольку по условиям договора размер арендной платы зависит от объема использования лесов, в обязанности арендатора, вырубившего лесные насаждения в целях создания объектов лесной инфраструктуры, входит уплата арендной платы за фактически вырубленную древесину, помимо заготовленной. Необходимость оплаты древесины для создания лесной инфраструктуры возникает у арендатора после ее изъятия. При этом древесина, заготовленная арендатором для создания объектов лесной инфраструктуры, поступает в собственность арендатора, а не передается и не остается в собственности Российской Федерации.

Данная позиция Арбитражного суда Республики Карелия была поддержана судами апелляционной, кассационной инстанций и не противоречила определению Верховного Суда РФ от 14.04.2023 №307-ЭС23-5193 по делу №А26-7665/2020.

Кроме того, имели место дела, по результатам рассмотрения которых во взыскании арендной платы за пользование лесным участком было отказано.

Так, Министерству природных ресурсов и экологии Республики Карелия (далее – Министерство) было отказано во взыскании арендной платы за использование лесного участка, занятого озерами, рассчитанной без применения понижающего коэффициента (0,75) (А26-1242/2021, А26-6008/2021, А26-6051/2021, А26-6060/2021, А26-6068/2021).

Министерство полагало, что если арендуемый лесной участок занят озерами, соответственно, понижающий коэффициент 0,75, установленный пунктом 8 примечаний к Таблице 14 Постановления Правительства Российской Федерации от 22.05.2007 №310 «О ставках платы за единицу объема лесных ресурсов и ставках платы за единицу площади лесного участка, находящегося в федеральной собственности» (далее – Постановление №310), при расчете арендной платы применению не подлежит, так как должен применяться только к лесным землям (ст. 101 Земельного кодекса Российской Федерации).

Арбитражный суд Республики Карелия, отказывая в удовлетворении требований Министерства, указал, что согласно части 3 статьи 73 Лесного кодекса Российской Федерации при использовании лесного участка без изъятия лесных ресурсов минимальный размер арендной платы определяется как произведение ставки платы за единицу площади лесного участка и площади арендуемого лесного участка.

Ставки платы за единицу объема лесных ресурсов, а также ставки платы за единицу площади лесного участка, находящегося в федеральной собственности, утверждены Постановлением №310, по смыслу которого размер ставки платы находится в прямой зависимости от качественного и количественного состояния лесных насаждений, видов и целей использования лесного участка, от вида и от объемов предоставляемых в пользование лесных ресурсов.

Абзацем третьим пункта 8 примечаний к Таблице 14 Постановления №310 установлено, что при использовании лесных участков, находящихся в федеральной собственности, на которых в силу естественно-географических условий не могут произрастать древесные породы лесных насаждений, или занятых рединами, применяется наименьший размер ставки платы, установленной для субъекта Российской Федерации (муниципального образования), с коэффициентом 0,75.

Установив, что часть лесного участка, переданного в аренду, занята озерами, в связи с чем на нем в силу естественно-географических условий не могут произрастать древесные породы лесных насаждений, Арбитражный суд Республики Карелия пришел к выводу о необходимости начисления арендной платы в отношении этой части лесного участка с применением понижающего коэффициента 0,75, предусмотренного абзацем третьим пункта 8 примечаний к Таблице 14 Постановления №310.

Данная позиция Арбитражного суда Республики Карелия была поддержана судами апелляционной и кассационной инстанции  и нашла отражение в определении Верховного Суда РФ от 14.03.2022 №307-ЭС22-783 по делу №А26-1242/2021.

Арбитражным судом Республики Карелия был рассмотрен ряд (А26-13/2021, А26-23/2021, А26-303/2021, А26-460/2021, А26-956/2021, А26-1151/2021, А26-1915/2021, А26-2644/2021 и т.д.), по результатам рассмотрения которых было отказано во взыскании арендной платы за пользование лесным участком. Обращаясь с исковыми заявлениями,  арендодатель (истец) считал договор аренды действующим, поскольку лесной участок не был возвращен в состоянии, пригодном для ведения лесного хозяйства, и фактически использовался ответчиком в целях эксплуатации линейного объекта, который является сооружением, т.е. недвижимым имуществом.

При рассмотрении указанных дел Арбитражным судом Республики Карелия было установлено, что договор аренды лесного участка, заключенный для строительства, реконструкции, эксплуатации линейных объектов (линий электропередач), по истечении срока был возобновлен на неопределенный срок и  в силу пункта 2 статьи 610 Гражданского кодекса Российской Федерации прекращен по истечении 3 месяцев с момента отказа арендатора от его исполнения.

Министерство природных ресурсов и экологии Республики Карелия указывало, что по условиям договора арендатор должен возвратить лесной участок в состоянии, пригодном для ведения лесного хозяйства, с характеристиками, установленными проектом освоения лесов, то есть лесной участок должен быть освобожден от объектов недвижимого имущества; объекты, созданные для освоения лесного участка, должны быть снесены; проведена рекультивация лесных земель в соответствии с проектом освоения лесов.

По мнению арендодателя, нахождение на лесном участке опор ЛЭП свидетельствовало о том, что арендатор в нарушение статьи 622 Гражданского кодекса Российской Федерации лесной участок не возвратил, продолжает им пользоваться; работы по рекультивации не произвел. 

Отклоняя заявленные доводы, суд указал, что рекультивация земель представляет собой мероприятия по предотвращению деградации земель и (или) восстановлению их плодородия посредством приведения земель в состояние, пригодное для их использования в соответствии с целевым назначением и разрешенным использованием, в том числе путем устранения последствий загрязнения почв, восстановления плодородного слоя почвы, создания защитных лесных насаждений (пункт 5 статьи 13 Земельного кодекса Российской Федерации). Демонтаж ЛЭП - это ее снос и он по определению не относится к мероприятиям по рекультивации лесного участка.

Арбитражный суд Республики Карелия отмечал, что расположенные на лесном участке опоры ЛЭП из пропитанной древесины не являются недвижимым имуществом, поскольку не отвечают признакам недвижимости, приведенным в пункте 1 статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации, не относятся к объектам, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно. По этой причине у арендатора отсутствует обязанность, установленная пунктом 11 договора об освобождении лесного участка от опор ЛЭП. Не относятся опоры и к созданным для освоения лесного участка объектам - объектам лесной инфраструктуры, приведенным в Перечне объектов лесной инфраструктуры, утвержденном распоряжением Правительства Российской Федерации от 17.07.2012 № 1283-р, в соответствии с частью 5 статьи 13 Лесного кодекса Российской Федерации. Вследствие чего, обязанность по демонтажу опор ЛЭП у арендатора отсутствует.

Судом было установлено, что на момент прекращения договора аренды все работы, связанные со строительством ЛЭП, завершены; строительные материалы и техника вывезены; лесные участки готовы для возврата арендодателю в пригодном для ведения лесного хозяйства состоянии.

Поскольку на участке лесного фонда находятся опоры, размер платы за пользование им после прекращения договора аренды, подлежит определению, исходя из площади, занятой опорами линии электропередачи.

Ввиду того, что площадь используемого лесного участка уменьшалась в несколько раз, пропорционально уменьшился и размер арендной платы. А учитывая, что арендная плата, рассчитанная из фактически занимаемой площади лесного участка, оплачена арендатором, арбитражный суд отказал во взыскании арендной платы, начисленной в соответствии с договором.

Данной позиции Арбитражного суда Республики Карелия была дана оценка при рассмотрении апелляционных и кассационных жалоб, результатом рассмотрением которых явилось оставление решений суда первой инстанции без изменений.

Еще одну большую категорию дел, в рамках которых рассматривались требования имущественного характера, составляют дела о взыскании договорной неустойки за нарушение лесохозяйственных требований (А26-987/2021, А26-6283/2022, А26-7039/2022, А26-8990/2022, А26-9431/2022, А26-239/2023, А26-1105/2023, А26-8037/2023, А26-2094/2024 и т.д.). Указанные дела составили 17,40% от общего числа дел, решения по которым вступили в законную силу.

По всем указанным делам использование лесного участка осуществлялось на основании договора аренды, в котором содержались основания для начисления неустойки. Наиболее распространенными основаниями начисления неустойки являлись: нарушение срока разработки и представления арендодателю проекта освоения лесов для проведения государственной или муниципальной экспертизы или использование лесного участка без проекта освоения лесов (А26-1796/2021, А26-4397/2021, А26-6462/2022, А26-2720/2023, А26-2945/2023, А26-4250/2023, А26-8219/2023, А26-1493/2024, А26-2402/2024); оставление недорубов в виде компактных участков леса или в виде куртин и отдельных деревьев или расстроенных выборочной рубкой участков леса, назначенных в сплошную рубку лесосеках (А26-5968/2021, А26-6058/2021; А26-8739/2022, А26-1105/2023); рубка или повреждение до степени прекращения роста деревьев, не подлежащих вырубке при проведении выборочных рубок (А26-812/2022, А26-9431/2022, А26-239/20233); невыполнение или несвоевременное выполнение работ по очистке мест рубок от порубочных остатков (А26-8020/2022, А26-8028/2022; А26-10488/2022, А26-681/2023); использование лесного участка без подачи лесной декларации (А26-6374/2022, А26-7815/2022, А26-487/2023, А26-1216/2023, А26-8113/2023); оставление не вывезенной в установленный срок (включая предоставленные отсрочки) древесины на лесосеках, в местах производства работ по расчистке площадей под лесные склады, трассы лесовозных дорог, постройки, сооружения (А26-2741/2021, А26-3034/2021, А26-7855/2021, А26-6285/2022); непредставление или несвоевременное предоставление отчетов  об использовании лесов или иной информации об арендаторе (А26-10262/2022, А26-10267/2022, А26-737/2023, А26-1651/2024, А26-1739/2024).

Арбитражный суд Республики Карелия удовлетворял исковые требования о взыскании договорной неустойки за нарушение лесохозяйственных требований в силу статей 309, 310, 330 Гражданского кодекса Российской Федерации и с учетом положений договоров аренды лесного участка, согласованных сторонами.

Следует отметить, что, несмотря на обжалование решений Арбитражного суда Республики Карелия по данной категории дел в судах апелляционной или кассационной инстанции, решения арбитражного суда первой инстанции оставлены в силе, сделанные им выводы признананы правильными и обоснованными (А26-3034/2021, А26-8096/2021, А26-8609/2021, А26-7039/2022, А26-7043/2022, А26-8615/2021, А26-8020/2022, А26-2720/2023).

Анализ данной категории дел выявил тенденцию по применению Арбитражным судом Республики Карелия по ходатайству ответчика статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации об уменьшении размера договорной неустойки. Такие решения были приняты, например, по делам А26-7013/2021, А26-10147/2021,  А26-812/2022, А26-2747/2022, А26-7815/2022, А26-9431/2022, А26-10267/2022, А26-10244/2023, А26-99/2024 и т.д. 

Особого внимания заслуживают дела, рассмотрение которых закончилось отказом во взыскании договорных неустоек (А26-8025/2021, А26-7740/2021, А26-9032/2021, А269-8739/2022).

Министерство природных ресурсов и экологии Республики Карелия, проведя осмотр мест рубок, выявило оставление арендатором при заготовке древесины недорубов, вследствие чего, начислило ему договорную неустойку.

Отказывая в удовлетворении исков, Арбитражный суд Республики Карелия признал, что Министерством не представлены доказательства, подтверждающие нарушение ответчиком действующего лесного законодательства при производстве лесосечных работ.

Пунктом 24 Правил заготовки древесины и особенностей заготовки древесины в лесничествах, указанных в статье 23 Лесного кодекса Российской Федерации, утвержденных Приказом Минприроды России от 01.12.2020 №993 (далее – Правила заготовки древесины №993), арендатору (ответчику) было предоставлено право на выделение неэксплуатационных участков одновременно с осуществлением лесосечных работ в случаях, если они не были выделены при отводе лесосек. При этом в технологическую карту лесосечных работ вносятся соответствующие изменения.

Пункт 24 Правил заготовки древесины №993 утратил силу с 01.03.2023, однако практически в той же редакции изложен в пункте 17 Приказа Минприроды России от 17.10.2022 №688 «Об утверждении Порядка отвода и таксации лесосек и о внесении изменений в Правила заготовки древесины и особенности заготовки древесины в лесничествах, указанных в статье 23 Лесного кодекса Российской Федерации, утвержденные приказом Минприроды России от 1 декабря 2020 г. №993», действующем в настоящее время.

Суд указал, что при установлении объектов биологического разнообразия не требуется внесения изменений в лесную декларацию в соответствии с пунктом 8 Приказа от 30.07.2020 №539 «Об утверждении формы лесной декларации, порядка ее заполнения и подачи, требования к формату лесной декларации в электронной форме» (В настоящее время действует приказ Минприроды России от 29.04.2021 №303).

При этом судом было учтено, что арендатор заблаговременно, то есть до даты проведения освидетельствования лесосек, направил Министерству природных ресурсов и экологии Республики Карелия  заявление о сохранении в спорных кварталах ключевых биотопов и природных объектов, имеющих природоохранное значение с приложением технологических карт и схемы разработки лесосек с внесенными изменениями.

Арбитражный суд Республики Карелия отметил, что действия арендатора по оставлению ключевых биотопов произведены в строгом соответствии с Правилами заготовки древесины №993, не повлекли за собой причинение вреда окружающей среде, соответствующие уведомления заблаговременно (до даты освидетельствования делянок) были направлены в адрес арендодателя в целях последующего учета направленных сведений при освидетельствовании мест рубок и недопустимости квалификации оставленных ключевых биотопов в качестве недорубов.

По мнению суда, наличие в местах рубки участков ключевых биотопов и природных объектов, имеющих природоохранное значение, исключает квалификацию действий арендатора как оставление недорубов и, соответственно, основания для начисления договорной неустойки отсутствуют.

Правовая позиция Арбитражного суда Республики Карелия была поддержана судами апелляционной и кассационной инстанции.

Еще одну подкатегорию дел имущественного характера составили дела о возмещении ущерба, причиненного лесному фонду. Это - 6,49% от общего количества дел, решения по которым вступили в законную силу.

Подавляющее количество дел связано с возмещением ущерба, причиненного в результате незаконной рубки древесных насаждений.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18.10.2012 №21 «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования», незаконной является рубка указанных насаждений с нарушением требований законодательства, например рубка лесных насаждений без оформления необходимых документов (в частности, договора аренды, решения о предоставлении лесного участка, проекта освоения лесов, получившего положительное заключение государственной или муниципальной экспертизы, договора купли-продажи лесных насаждений, государственного или муниципального контракта на выполнение работ по охране, защите, воспроизводству лесов), либо в объеме, превышающем разрешенный в договоре аренды лесного участка, договоре купли-продажи лесных насаждений, либо с нарушением породного или возрастного состава, либо за пределами лесосеки, либо с нарушением установленного срока начала рубки.

Так, по делам А26-2438/2021, А26-2527/2022 А26-5109/2023 была выявлена рубка лесных насаждений без оформления необходимых документов. По делу А26-1075/2021 рубка была признана незаконной, так как она была произведена в объеме, превышающем разрешенный в договоре аренды лесного участка. По делам А26-6057/2021, А26-9397/2022 была выявлена рубка с нарушением породного или возрастного состава. А по делам А26-5016/2021, А26-9371/2021, А26-861/2022, А26-863/2022, А26-6788/2022 рубка была произведена за пределами лесосеки.

Кроме того, выявлен ряд дел, в рамках которых рассматривались требования о возмещении ущерба, возникшего в результате самовольного использования лесных участков (А26-8221/2021, А26-6389/2021, А26-7370/2021, А26-7466/2021, А26-365/2022, А269-10439/2023). К такому использованию относилось захламление участка лесного фонда строительными отходами, проведение работ по добыче песка на лесном участке без правоустанавливающих документов, размещение техники, некапитальных строений, складирование оборудования, организация проезда от лесной дороги, снятие почвенного покрова.

В соответствии с частью 1 статьи 100 Лесного кодекса Российской Федерации возмещение вреда, причиненного лесам и находящимся в них природным объектам вследствие нарушения лесного законодательства, осуществляется добровольно или в судебном порядке.

Нормы природоохранного законодательства о возмещении вреда окружающей среде применяются с соблюдением правил, установленных общими нормами гражданского законодательства, регулирующими возмещение ущерба, в том числе внедоговорного вреда. Доказывание таких убытков производится в общем порядке, установленном статьями 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из положений статей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что для возложения гражданско-правовой ответственности за причинение вреда необходимо установить совокупность условий: наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между противоправным поведением и наступившими вредными последствиями. При отсутствии хотя бы одного из перечисленных элементов применение к правонарушителю мер гражданско-правовой ответственности не допускается.

В силу пункта 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 №21 «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования» гражданско-правовая (имущественная) ответственность за вред, причиненный окружающей среде, может возникать в результате нарушения договора в сфере природопользования (например, договора аренды лесного участка), а также в результате внедоговорного (деликтного) причинения вреда.

Как указано в части 4 статьи 100 Лесного кодекса Российской Федерации таксы и методики определения размера возмещения такого вреда утверждаются Правительством Российской Федерации.

Расчет ущерба, как правило, не оспаривался ответчиком,  осуществлялся в соответствии с  Постановлением Правительства РФ от 29.12.2018 №1730 «Об утверждении особенностей возмещения вреда, причиненного лесам и находящимся в них природным объектам вследствие нарушения лесного законодательства», Постановлением Правительства Российской Федерации от 22.05.2007 №310 «О ставках платы за единицу объема лесных ресурсов и ставках платы за единицу площади лесного участка, находящегося в федеральной собственности», Постановлением Правительства Российской Федерации от 11.11.2017 №1363 «О коэффициентах к ставкам платы за единицу объема лесных ресурсов и ставкам платы за единицу площади лесного участка, находящегося в федеральной собственности».

При рассмотрении данной категории дел Арбитражный суд Республики Карелия, установив наличие совокупности всех вышеуказанных условий, исходя из представленных доказательств, а также проверив расчет взыскиваемой суммы, удовлетворял исковые требования о возмещении ущерба. В подавляющем большинстве случаев решения Арбитражного суда Республики Карелия были оставлены без изменений судами апелляционной и кассационной инстанции.

Следует обратить внимание на дела, по которым взыскание ущерба производилось солидарно (А26-4883/2021, А26-6057/2021, А26-7391/2021, А26-7466/2021, А26-5103/2023, А26-5580/2023).

В соответствии со статьей 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 №49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде», лица, совместно причинившие вред окружающей среде, отвечают солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ). О совместном характере таких действий могут свидетельствовать их согласованность, скоординированность и направленность на реализацию общего для всех действующих лиц намерения. Так, к солидарной ответственности могут быть привлечены заказчик, поручивший выполнение работ, которые причиняют вред окружающей среде, и подрядчик, фактически их выполнивший. Заказчик может быть освобожден от ответственности, если докажет, что подрядчик при выполнении работ вышел за пределы данного ему заказчиком задания.

Как правило, лицами, привлеченными к солидарной ответственности, являлись арендатор лесного участка по договору, и подрядчик, фактически выполнивший работы по рубке лесных насаждений на основании договора подряда, заключенного с арендатором.

Основанием для привлечения к солидарной ответственности являлось то обстоятельство, что в силу договора аренды лесного участка на арендатора возложена обязанность по соблюдению требований природоохранного законодательства при исполнении договора, в том числе, за отвод лесного участка в рубку и за надлежащее (в соответствии с законом) его использование, а подрядчик  является лицом, фактически выполнившим рубку лесных насаждений, то есть причинившим вред.

Интерес представляет дело А26-861/2022, в рамках которого Арбитражный суд Республики Карелия отказал в привлечении к солидарной ответственности арендатора лесного участка, поскольку не выявил в его действиях нарушений по отводу делянки. Судом было установлено, что при осуществлении фактической рубки лесных насаждений подрядчик вышел за пределы отвода, то есть задания, определенного заказчиком в рамках исполнения обязательств по договору подряда, тем самым совершив незаконную рубку.

Указанное решение суда было оставлено без изменений Тринадцатым арбитражным апелляционным судом и Арбитражным судом Северо-Западного округа.

В процессе анализа были выявлены дела, по которым Арбитражным судом Республики Карелия было отказано во взыскании ущерба.

Например, по делам А26-111/2021, А26-2028/2022, А26-2525/2022 Министерство природных ресурсов и экологии Республики Карелия обратилось в Арбитражный суд Республики Карелия с исковыми  заявлениями о возмещении ущерба, причиненного лесному фонду, в результате пожара. В удовлетворении исковых требований было отказано ввиду не доказанности наличия совокупности оснований для взыскания с ответчика ущерба. Довод истца о том, что ущерб причинен действиями ответчика, носил вероятностный характер и документально не был обоснован.

Решения по делам А26-2028/2022, А26-2525/2022 оставлены без изменения арбитражным судом апелляционной инстанции. Решение по делу А26-111/2021 не обжаловалось.

При этом по делам А26-2327/2022, А26-2328/2022  ущерб, причиненный лесному фонду в результате пожара, был взыскан солидарно с владельцев источников повышенной опасности: с одной стороны – с владельца воздушной линии электропередачи (сетевая организация), который отрицал свою вину в причинении ущерба, и  с другой -  с лица, действия которого привели к возникновению пожара в результате производства  строительно-монтажных работ с применением специальной техники и оборудования по прокладке волоконно-оптического кабеля связи в грунт в охранной зоне линии электропередачи в отсутствие согласования сетевой организации. Лицо, осуществлявшее строительно-монтажные работы, указало, что обращалось к сетевой организации за разрешением и техническими условиями для проведения указанных, но  их не получило.

Привлекая к солидарной ответственности сетевую организацию, Арбитражный суд Республики Карелия указал следующее.

 В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Как разъяснено в пункте 8 Постановления Пленума ВС РФ от 30.11.2017 №49 в силу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, независимо от наличия вины, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы; в связи с этим, например, владелец нефтепровода отвечает за вред окружающей среде, причиненный вследствие осуществления третьими лицами незаконной врезки в нефтепровод.

В силу пункта 3 статьи Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении вреда окружающей среде в результате взаимодействия нескольких источников повышенной опасности их владельцы отвечают солидарно. Например, к солидарной ответственности могут быть привлечены владелец нефтепровода и владелец строительной техники, в результате эксплуатации которой произошел разлив нефтепродуктов (пункт 10 Постановления Пленума ВС РФ от 30.11.2017 № 49).

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, приведенным в Обзоре судебной практики ВС РФ за второй квартал 2012 года, утвержденного Президиумом ВС РФ 10.10.2012 (вопрос 1), владелец источника повышенной опасности не освобождается от ответственности за вред, причиненный третьим лицам в результате взаимодействия источников повышенной опасности, в том числе, если установлено отсутствие его вины в причинении вреда и при этом установлена вина владельца другого источника повышенной опасности в причинении этого вреда.

 При этом суд учел, что сетевая организация, являясь лицом, обязанным обеспечивать надежность и безопасность работы объектов электросетевого хозяйства, надлежаще выполняя обязательства по содержанию и обеспечению надежности и безопасности функционирования принадлежащих ему объектов электросетевого хозяйства, а также по содержанию охранных зон этих объектов, обладая информацией о намерениях другого лица по проведению строительно-монтажных работ (были направлены соответствующие обращения), действуя с должной степенью заботливости и осмотрительности, которая от него требовалась, имело объективную возможность обеспечить соответствующий контроль в отношении охранной зоны ЛЭП, однако надлежащий контроль не обеспечило.

Решение по делу А26-2328/2022 оставлено без изменения арбитражным судом апелляционной инстанции, решение по делу А26-2327/2022 не обжаловалось.

Дела, связанные с рассмотрением требований неимущественного характера

Дела данной категории можно разделить на две большие группы: первая – дела, касающиеся расторжения договоров аренды лесных участков, изменения условий договоров; вторая – дела по требованиям об обязании выполнить определенные действия в сфере использования лесов. Первая группа составляет 4,25% от общего количества дел, решения по которым вступили в законную силу. Вторая – 15%.

Анализ рассмотренных Арбитражным судом Республики Карелия дел показал, что наиболее частыми являлись требования о досрочном расторжении договора аренды лесного участка и обязании возвратить лесной участок в состоянии, пригодном для ведения лесного хозяйства.

Самым распространенным основанием для расторжения договора аренды лесного участка являлось невнесение арендатором более двух раз подряд по истечении установленного договором срока арендной платы. Установив данное обстоятельство, Арбитражный суд Республики Карелия вынес решение о расторжении договора аренды лесного участка и обязал арендатора возвратить лесной участок, ссылаясь на положения статей 71, 90 Лесного кодекса Российской Федерации и статей 606, 614, 619, 622 Гражданского кодекса Российской Федерации  (А26-1466/2021, А26-9341/2021, А26-6658/2022, А26-10746/2022 и т.д.).

Однако по некоторым делам (А26-6823/2020, А26-2171/2021, А26-6307/2021,) Арбитражный суд Республики Карелия, удовлетворяя требование о расторжении договора аренды, отказал в удовлетворении требования о возврате лесного участка. Данные отказ мотивирован наличием у арендатора действующей лицензии на право пользования недрами. Суд, ссылаясь на положения статей 11, 20, 25.1 Закона Российской Федерации от 21.02.1992 №2395-1 «О недрах», исходил из того, что в условиях наличия у бывшего арендатора действующей лицензии на право пользования недрами, требование об освобождении участка, занятого месторождением недр и используемого для его добычи, несмотря на обстоятельства расторжения заключенного в отношении лесного участка, в пределах которого расположен горный отвод, договора аренды, будет свидетельствовать о нарушении прав недропользователя, обладающего исключительным правом осуществлять в его границах пользование недрами в соответствии с предоставленной лицензией в пределах срока ее действия.

В этой связи будет немаловажным принять к сведению определение Верховного Суда Российской Федерации № 304-ЭС24-12917 от 27.11.2024 по делу А27-1592/2023 (Арбитражный суд Кемеровской области), в рамках которого рассмотрен довод арендодателя о том, что лицензия на право пользования недрами не предоставляет право пользования соответствующими земельными и лесными участками, а лишь закрепляет механизм получения данного права.

Суд первой инстанции, принимая во внимание условия заключенного договора аренды, систематическое нарушение ответчиком обязанностей по внесению арендных платежей, признав допущенное обществом нарушение условий договора существенным, расторг договор и обязал арендатора возвратить земельные участки.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что при наличии у арендатора действующей лицензии на право пользование недрами требование арендодателя об освобождении земельных участков, несмотря на обстоятельства расторжения договора аренды, будет свидетельствовать о нарушении его прав как недропользователя, осуществляющего деятельность в соответствии с предоставленной лицензией и в пределах срока ее действия, вследствие чего, решение суда первой инстанции в части обязания возвратить земельный участок было отменено, в удовлетворении указанного требования отказано. Данные выводы суда апелляционной инстанции поддержал суд округа.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации не согласилась с выводами судов апелляционной инстанции и округа ввиду следующего.

В соответствии с лицензией на пользование недрами для добычи полезных ископаемых участок недр предоставляется пользователю в виде горного отвода - геометризованного блока недр (часть 1 статьи 7 Закон РФ от 21.02.1992 N 2395-1 «О недрах», далее  - Закон о недрах).

Согласно части 4 статьи 7 Закона о недрах пользователь недр, получивший горный отвод, имеет исключительное право осуществлять в его границах пользование недрами в соответствии с предоставленной лицензией. Любая деятельность, связанная с пользованием недрами в границах горного отвода, может осуществляться только с согласия пользователя недр, которому он предоставлен.

В силу части 1 статьи 25.1 Закона о недрах земельные участки, в том числе лесные участки, водные объекты, находящиеся в государственной или муниципальной собственности и необходимые для ведения работ, связанных с пользованием недрами, предоставляются пользователям недр в соответствии с гражданским законодательством, земельным законодательством, лесным законодательством, водным законодательством и Законом о недрах.

Горный отвод и земельный участок над ним - это самостоятельные объекты права и, обладая правом на пользование недрами в границах определенного горного отвода, обладатель лицензии не наделен правом владения, пользования, распоряжения земельными участками, расположенными в этих границах.

В этой связи лицензия на право пользования недрами является лишь основанием для последующего оформления земельного участка в целях недропользования при соблюдении определенных условий и требований, а не документом, подтверждающим правомочия владения, пользования и распоряжения земельным участком, расположенным в границах горного отвода.

Следовательно, наличие у арендатора права на осуществление в границах горного отвода пользования недрами не отменяет установленный законом порядок предоставления земельного участка в аренду, а также соблюдения условий договора аренды.

В соответствии со статьей 25.2 Закона о недрах прекращение прав граждан и юридических лиц на земельные участки и водные объекты, необходимые для ведения работ, связанных с пользованием недрами, осуществляется в соответствии с гражданским, земельным, водным законодательством и Законом о недрах.

В силу положений абзаца первого статьи 622 Гражданского кодекса при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

Поскольку договор аренды прекратил свое действие в связи с его расторжением в судебном порядке, суд первой инстанции пришел к правомерном выводу о наличии у общества предусмотренной законом обязанности по возврату земельных участков арендодателю.

Выводы судов апелляционной инстанции и округа о том, что расторжение договора в судебном порядке в связи с нарушением арендатором условий договора не является препятствием для использования лицензиатом земельного участка до прекращения действия лицензии, и ее владелец вправе использовать участок, поскольку не лишает собственника земельного участка возможности взыскания платы за пользование и не нарушает принцип платности землепользования, противоречит вышеуказанным нормам права, создает дисбаланс между публичным и частным интересом, нарушает принципы правовой определенности и уважения собственности, а также создает преимущества для недобросовестных участников гражданских правоотношений, что является недопустимым.

По ряду дел, таких как А26-1288/2021, А26-2719/2021, А26-274/2022, А3986/2022, А26-10769/2022 и т.п., Арбитражный суд Республики Карелия отказал в расторжении договора аренды лесного участка, поскольку  на дату принятия судебного акта задолженность по арендной плате была погашена. При этом суд учитывал позицию Верховного суда Российской Федерации, изложенную в пункте 8 Обзора практики разрешения споров, связанных с заключением, изменением и расторжением договоров №14 от 05.05.1997, согласно которой требование о расторжении договора аренды не подлежит удовлетворению, если в разумный срок устранены нарушения, послужившие основанием для обращения в арбитражный суд. По мнению Арбитражного суда Республики Карелия, расторжение договора, влекущее такие серьезные последствия для сторон, как прекращение правоотношений, является крайней мерой, применяемой к недобросовестному контрагенту в случае, когда все другие средства воздействия исчерпаны и сохранение договорных отношений становится нецелесообразным и невыгодным для другой стороны.

Решения Арбитражного суда Республики Карелия об отказе в расторжении договора аренды лесного участка не обжаловались.

Внимания заслуживают дела, в рамках которых рассматривались требования арендаторов о признании недействительным отказа Министерства природных ресурсов и экологии Республики Карелия в продлении срока действия договора аренды лесного участка и обязании заключить дополнительное соглашение к договору, предусматривающее увеличение срока его действия на три года (А26-4195/2022, А26-6796/2022, А26-6814/2022, А26-6851/2022, А26-6862/2022 и т.п.).

Арендатор лесного участка по договору аренды, заключенного с Министерством природных ресурсов и экологии Республики Карелия, ссылаясь на пункт 3 статьи 8 Федерального закона от 14.03.2022 №58-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон №58-ФЗ), направил в адрес арендодателя заявление, в котором просил подписать дополнительное соглашение об увеличении срока действия договора аренды на три года.

Министерство природных ресурсов и экологии Республики Карелия отказало в продлении срока действия договора аренды лесного участка и заключении дополнительного соглашения.

В большинстве случаев Арбитражный суд Республики Карелия признавал указанный отказ недействительным ввиду следующего. В силу статьи 7 Лесного кодекса Российской Федерации лесным участком является земельный участок, границы которого определяются в соответствии со статьями 67, 69 и 92 Лесного кодекса Российской Федерации. Следовательно, лесные участки являются земельными участками.

Частью 3 статьи 8 Закона №58-ФЗ предусмотрено, что до 01.03.2023 арендатор земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности, вправе потребовать от арендодателя заключения дополнительного соглашения к договору аренды такого земельного участка, предусматривающего увеличение срока действия данного договора аренды, независимо от оснований заключения данного договора аренды, наличия или отсутствия задолженности по арендной плате при условии, что:

1) на дату обращения арендатора с указанным требованием срок действия договора аренды земельного участка не истек либо арендодателем не заявлено в суд требование о расторжении данного договора аренды;

2) на дату обращения арендатора с указанным требованием у уполномоченного органа отсутствует информация о выявленных в рамках государственного земельного надзора и неустраненных нарушениях законодательства Российской Федерации при использовании такого земельного участка.

Согласно части 5 статьи 8 Закона №58-ФЗ арендодатель обязан без проведения торгов заключить соглашение, указанное в части 3 настоящей статьи, в срок не позднее пяти рабочих дней со дня обращения арендатора с требованием о его заключении.

Таким образом, Арбитражный суд Республики Карелия приходил к выводу, что арендатор земельного участка, заключивший договор аренды до принятия Закона №58-ФЗ и надлежащим образом использующий земельный участок, в целях сохранения стабильных арендных отношений получил право на их продление без проведения торгов в упрощенном порядке при условии обращения с соответствующим заявлением до истечения срока действия договора.  По мнению суда, Закон №58-ФЗ является специальным и в сфере его регулирования имеет приоритет над иными законодательными актами, не содержит исключений для его применения в отношении какой-либо категории земельных участков, и распространяет свое действие, в том числе на договоры аренды лесных участков.

 С учетом изложенного, Арбитражный суд Республики Карелия признавал отказ Министерства природных ресурсов и экологии Республики Карелия недействительным и обязывал заключить дополнительное соглашение к договору аренды лесного участка на три года.

Надо признать, что такая практика Арбитражного суда Республики Карелия была признана ошибочной судом апелляционной инстанции.

Отменяя решения Арбитражного суда Республики Карелия и отказывая в удовлетворении заявления, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд указал следующее.  Согласно части 4 статьи 8 Закона №58-ФЗ срок, на который увеличивается срок действия договора аренды земельного участка в соответствии с дополнительным соглашением, указанным в части 3 названной статьи, не может превышать три года, при этом положения пункта 8 статьи 39.8 Земельного кодекса Российской Федерации не применяются.

Данная норма не содержит специальной оговорки о неприменении положений части 3 статьи 72 Лесного кодекса Российской Федерации, которая так же, как пункт 8 статьи 39.8 Земельного кодекса Российской Федерации, регулирует предельные сроки возможного действия договоров аренды.

В заключении Комитета по вопросам собственности, земельным и имущественным отношениям Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации на проект вышеуказанного закона, законопроектом предлагалось установить механизм пролонгации действующих договоров аренды земельных участков до трех лет при возникновении проблем, препятствующих реализовать целевое назначение земельного участка в течение ранее определенного срока действия договора.

В материалах дела отсутствовали доказательства, что заявитель лишен возможности осуществить изъятие лесных ресурсов в объеме, указанном в договоре, а также то, что оставшийся срок (без продления) не позволит арендатору освоить предоставленный ему участок.

При таких обстоятельствах формальное соответствие арендатора условиям, предусмотренным пункту 3 статьи 8 Закона №58-ФЗ, не может влечь возложение на арендодателя обязанности заключить с арендатором дополнительное соглашение о продлении срока действия договора.

Однако в рамках дела А26-4189/2022 Арбитражный суд Республики Карелия признал отказ Министерства природных ресурсов и экологии Республики Карелия в продлении срока действия договора аренды лесного участка правомерным, придя к выводу, что положения Закона №58-ФЗ, предусматривающие возможность внесения изменений в договор аренды земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности, не распространяются на лесные участки, находящиеся в государственной или муниципальной собственности. Суд исходил из того, что лесной фонд является федеральной собственностью особого рода и имеет специальный правовой режим; лесным участком является земельный участок, который расположен в границах лесничеств и образован в соответствии с требованиями земельного законодательства и Лесного кодекса Российской Федерации; имущественные отношения, связанные с оборотом лесных участков, лесных насаждений, древесины и иных добытых лесных ресурсов, регулируются специальными положениями названного Кодекса и иных законодательных актов, регулирующих лесные отношения и устанавливающих особенности в процедуре предоставления лесных участков.

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение Арбитражного суда Республики Карелия, пришел к противоположному выводу. По мнению апелляционного суда, Закон №58-ФЗ является специальным, не содержит исключений для его применения в отношении какой-либо категории земельных участков, следовательно, распространяет свое действие и на договоры аренды лесных участков.

Арбитражный суд Северо-Западного округа поддержал выводы Арбитражного суда Республики Карелия, оставив его решение в силе и отменив постановление суда апелляционной инстанции. Верховный суд Российской Федерации не усмотрел оснований для передачи кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (определение Верховного Суда РФ от 30.06.2023 №307-ЭС23-5622 по делу №А26-4189/2022).

Еще одной большой группой дел являются дела по требованиям об обязании совершить определенные действия в сфере использования лесов. Наиболее распространенными являлись требования об обязании ликвидировать несанкционированную свалку, произвести очистку делянки от невывезенной древесины, провести работы по лесовосстановлению или предоставить определенные документы (отчеты, проект освоения лесов, лесную декларацию).

Что касается рассмотрения дел об обязании ликвидировать несанкционированную свалку (А26-9694/2021, А26-869/2022, А26-3484/2022, А26-6557/2022, А26-10579/2022, А26-1333/2023, А26-5229/2023 и т.п.), Арбитражный суд Республики Карелия однозначно пришел к выводу, что  обязанность по ликвидации несанкционированной свалки, расположенной на лесном участке, находящимся в аренде, возлагается на арендатора, ответственного за содержание имущества, вне зависимости от наличия либо отсутствия его вины в размещении отходов. Обосновывая свою правовую позицию, Арбитражный суд Республики Карелия ссылался на положения статей 60.3, 60.12 Лесного кодекса Российской Федерации, подпункта «а» пункта 20 Правил санитарной безопасности в лесах, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 09.12.2020 №2047, условия договора аренды лесного участка и проект освоения лесов. Кроме того, такая правовая позиция прямо указана в пункте 34 Обзора судебной практики по делам, связанным с обращением с твердыми коммунальными отходами, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 13.12.2023. Хотелось бы отметить, что аналогичная правоприменительная практика была выработана Арбитражным судом Республики Карелия еще до утверждения вышеуказанного обзора.

Заслуживающим внимание является дело А26-9028/2018, в рамках которого рассматривалось требование регионального оператора по обращению с твердыми коммунальными отходами о возмещении расходов, понесенных в связи с ликвидацией несанкционированной свалки на участке лесного фонда, не переданного в аренду. Одним из ключевых моментов данного дело было определение надлежащего ответчика. В качестве соответчиков были привлечены  Министерство природных ресурсов и экологии Республики Карелия, Российская Федерация в лице Федерального агентства лесного хозяйства, Межрегиональное территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Мурманской области и Республике Карелия.

Решением от 17.07.2019 Арбитражный суд Республики Карелия, учитывая, что факт несанкционированного размещения твердых коммунальных отходов на лесном участке был подтвержден материалами дела, взыскал расходы, понесенные в связи с ликвидацией несанкционированной свалки, с Министерства природных ресурсов и экологии Республики Карелия, которому в соответствии с частью 1 статьи 83 Лесного кодекса Российской Федерации были переданы полномочия собственника лесного участка по организации использования лесов, их охраны и защиты. Указанное решение, оставленное без изменений судом апелляционной инстанции, было отменено постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 24.12.2019, а дело направлено на новое рассмотрение ввиду необходимости определения надлежащего ответчика.

Суд первой инстанции решением от 27.08.2020, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 02.12.2020, взыскал с Российской Федерации в лице в лице Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Мурманской области и Республике Карелия за счет средств казны Российской Федерации в пользу регионального оператора убытки в заявленном размере, отказав в иске к Министерству природных ресурсов и экологии Республики Карелия и Федеральному агентству лесного хозяйства. Суд округа постановлением от 09.03.2021 отменил указанные судебные акты и отказал в иске.

Определением Верховного суда Российской Федерации от 16.11.2021 №307-ЭС21-9717 отменены судебные акты, принятые судами трех инстанций при новом рассмотрении дела.  

Верховный суд Российской Федерации указал, что пунктом 18 Правил обращения с твердыми коммунальными отходами, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 12.11.2016 №1156, обязанность обеспечить ликвидацию места несанкционированного размещения твердых коммунальных отходов либо заключить договор с региональным оператором на оказание услуг по такой ликвидации возложена на собственника земельного участка. Спорный земельный участок относился к землям лесного фонда, правообладателем которого является Российская Федерация. Участки в составе земель лесного фонда находятся в федеральной собственности (часть 1 статьи 8 ЛК РФ), поэтому осуществление полномочий собственника возлагается на федеральные исполнительные органы власти, если осуществление таковых не перераспределено в установленном порядке.

Федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по управлению государственным имуществом в области лесных отношений в соответствии с пунктом 1 Положения о Федеральном агентстве лесного хозяйства, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 23.09.2010 №736, является Федеральное агентство лесного хозяйства.

Применительно к полномочиям в области лесных отношений частью 1 статьи 83 Лесного кодекса Российской Федерации установлено, что органам государственной власти субъектов Российской Федерации передается, за отдельными исключениями, осуществление организации использования лесов, их охраны (в том числе осуществления мер пожарной безопасности и тушения лесных пожаров), защиты, воспроизводства на землях лесного фонда и обеспечение охраны, защиты, воспроизводства лесов на указанных землях.

Таким образом, толкование приведенных норм в их совокупности позволяет сделать вывод о том, что мероприятия по охране лесов от загрязнения и иного негативного воздействия представляют собой часть мероприятий по охране лесов, относятся к полномочиям Федерального агентства лесного хозяйства как органа по управлению государственным имуществом в области лесных отношений и переданы органам исполнительной власти субъектов Российской Федерации на основании статьи 83 Лесного кодекса Российской Федерации.

Из Положения о Министерстве природных ресурсов и экологии Республики Карелия, утвержденного постановлением Правительства Республики Карелия от 23.10.2017 №367-П, следует, что названное министерство является органом исполнительной власти Республики Карелия, осуществляющим функции в области лесных, водных отношений, в сфере регулирования отношений недропользования, экологической экспертизы, охраны окружающей среды на территории Республики Карелия, следовательно, оно осуществляет на территории Республики Карелия все названные в части 1 статьи 83 Лесного кодекса Российской Федерации полномочия по организации использования лесов, их охраны и защиты, то есть полномочия собственника лесного участка.

Решением Арбитражного суда Республики Карелия от 31.05.2023 расходы регионального оператора по обращению с твердыми коммунальными отходами, понесенных в связи с ликвидацией несанкционированной свалки на участке лесного фонда, взысканы с Министерства природных ресурсов и экологии Республики Карелия; в удовлетворении иска к Российской Федерации в лице Федерального агентства лесного хозяйства и Межрегиональному территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Мурманской области и Республике Карелия отказано. Указанное решение суда не обжаловалось.

При рассмотрении требований об обязании провести очистку делянки от невывезенной древесины (А26-9617/2021, А26-9625/2021, А26-9638/2021, А26-414/2022, А26-7276/2022, А26-8534/2022, А26-999/2023, А26-6612/2023 и т.п.), Арбитражный суд Республики Карелия учитывал, что пунктом 11 Правил заготовки древесины, утвержденных приказом Минприроды России от 01.12.2020 №993, установлено, что хранение, вывоз заготовленной древесины осуществляются лицом, использующим лесной участок в целях заготовки древесины, в течение 12 месяцев с даты начала декларируемого периода согласно лесной декларации. Подпунктом «з» пункта 12 Правил заготовки древесины предусмотрена вывозка древесины в установленный срок, включая предоставление отсрочки. Как правило, договором аренды лесного участка также установлена обязанность арендатора использовать лесной участок по назначению в соответствии с законодательством Российской Федерации и не допускать нарушений установленных требований, норм и правил в области состояния, использования, охраны, защиты и воспроизводства лесов. В качестве доказательств, подтверждающих обоснованность заявленных требований, Министерство природных ресурсов и экологии Республики Карелия предоставляло акты осмотра лесосек и лесные декларации, в которых указан срок заготовки древесины. Установив необходимые обстоятельства и оценив представленные доказательства, Арбитражный суд Республики Карелия удовлетворял исковые требования и обязывал арендатора произвести вывозку не вывезенной древесины в определенном объеме с конкретной  лесосеки в течение определенного срока (как правило, либо в течение месяца(цев) с момента вступления в законную силу решения суда либо путем указания конкретной даты). Такие решения арбитражного суда первой инстанции в большинстве своем по существу не обжаловались.

Множество дел (А26-9198/2021, А26-10081/2021, А26-4586/2022, А26-6077/2022, А26-6122/2022, А26-8471/2022, А26-219/2022 и т.п.) было рассмотрено Арбитражным судом Республики Карелия по искам об обязании провести работы по лесовосстановлению.

Статьей 62 Лесного кодекса Российской Федерации установлено три способа лесовосстановления: естественный, искусственный или комбинированный; даны их понятия.

Арбитражным судом Республики Карелия рассматривались требования об обязании провести работы  как по компенсационному лесовосстановлению, так и по содействию естественному лесовосстановлению.

Согласно частям 5, 6 статьи 62 Лесного кодекса Российской Федерации лесовосстановление проводится лицами, осуществляющими рубки лесных насаждений, в соответствии с проектом лесовосстановления.

Как указано в части 7 той же статьи правила лесовосстановления устанавливаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

До 01 сентября 2022 года действовали Правила лесовосстановления, состава проекта лесовосстановления, порядка разработки проекта лесовосстановления и внесения в него изменений, утвержденные Приказом Минприроды России от 04.12.2020 №1014. С 01 сентября 2022 года и до настоящего времени действуют Правила лесовосстановления, формы, состава, порядка согласования проекта лесовосстановления, оснований для отказа в его согласовании, а также требований к формату в электронной форме проекта лесовосстановления, утвержденные Приказом Минприроды России от 29.12.2021 №1024.

Кроме того, статьей 63.1 Лесного кодекса Российской Федерации установлены определенные особенности лесовосстановления и лесоразведения в отношении лиц, использующих леса в соответствии со статьями 43 - 46 Лесного кодекса Российской Федерации (в целях осуществления геологического изучения недр, разведки и добычи полезных ископаемых, для осуществления изыскательской деятельности, для строительства и эксплуатации водохранилищ и иных искусственных водных объектов, создания и расширения территорий морских и речных портов, строительства, реконструкции и эксплуатации гидротехнических сооружений, для строительства, реконструкции, эксплуатации линейных объектов, для создания и эксплуатации объектов лесоперерабатывающей инфраструктуры), а также в отношении лиц, в интересах которых осуществляется перевод земель лесного фонда в земли иных категорий.

В отношении указанных лиц до 01 сентября 2022 года действовали Правила выполнения работ по лесовосстановлению или лесоразведению лицами, использующими леса в соответствии со статьями 43 - 46 Лесного кодекса Российской Федерации, и лицами, обратившимися с ходатайством или заявлением об изменении целевого назначения лесного участка, утвержденные Постановлением Правительства РФ от 07.05.2019 №566. С 01 сентября 2022 года и до настоящего времени действуют Правила осуществления лесовосстановления или лесоразведения в случае, предусмотренном частью 4 статьи 63.1 Лесного кодекса Российской Федерации, утвержденные Постановлением Правительства РФ от 18.05.2022 №897.

При этом обстоятельством, в силу которого у указанных лиц наступает обязанность по выполнению данных работ, является сам факт использования лесов в названных целях с рубкой лесных насаждений.

Следует отметить, что, как правило, договор аренды лесного участка содержал обязанность арендатора по выполнению работ по охране, защите и воспроизводству лесов, а сроки и объем указанных работ закреплены в приложении к договору.

Арбитражные суды всех уровней, в том числе Арбитражный суд Республики Карелия,  исходят из того, что нормы Лесного кодекса, регламентирующие вопросы воспроизводства лесов, носят императивный и обязательный характер, подлежат исполнению вне зависимости от включения положений о воспроизводстве лесов в гражданско-правовые договоры и не могут быть изменены (исключены) сторонами условиями договора (определения Верховного Суда Российской Федерации от 19.07.2022 №304-ЭС22-3799, от 23.08.2022 №307-ЭС22-5959).

Установив неисполнение арендатором принятой на себя обязанности по выполнению работ по лесовосстановлению, Арбитражный суд Республики Карелия, удовлетворяя иск, обязал арендатора провести работы по лесовосстановлению в определенном объеме в течение конкретного срока. Некоторые из таких решений обжаловались, но были оставлены без изменений судами апелляционной, кассационной инстанции.

Однако по делам А26-5626/2022, А26-5651/2022 Арбитражный суд Республики Карелия отказал в удовлетворении требований об обязании провести работы по лесовосстановлению, установив, что указанные работы выполнены арендатора. Решения не обжаловались.

Еще одним из часто встречающих требований среди рассмотренных Арбитражным судом Республики Карелия являлось требование об обязании предоставить отчеты об использовании лесов, об охране лесов от пожаров, о защите лесов, об охране лесов от загрязнения и иного негативного воздействия, о воспроизводстве лесов и лесоразведении (А26-2745/2021, 26-10396/2022, А26-106322/2022, А26-4320/2023, А26-4322/2023, А26-1789/2024, А26-2893/2024 и т.п.).

Обязанность по предоставлению отчета об использовании лесов (по форме   1-ИЛ) установлена статьей 49 Лесного кодекса Российской Федерации. Требования, предъявляемые к данному отчету, срок его предоставления закреплены в Приказе Минприроды России от 21.08.2017 №451.

Обязанность по предоставлению отчета об охране лесов от пожаров (по форме 1-ОЛ) установлена статьей 60 Лесного кодекса Российской Федерации, а требования, предъявляемые к нему, срок его предоставления - Приложением №1-4 Приказа Минприроды России от 09.03.2017 №78.

Обязанность по предоставлению отчета о защите лесов (по форме 1-ЗЛ) установлена статьей 60.11 Лесного кодекса Российской Федерации, а требования, предъявляемые к нему, срок его предоставления - Приложением №5-8 Приказа Минприроды России от 09.03.2017 №78.

Обязанность по предоставлению отчета об охране лесов от загрязнения и иного негативного воздействия (по форме 1-ОЗНВ) установлена статьей 60.16 Лесного кодекса Российской Федерации, а требования, предъявляемые к нему, сроки его предоставления - Приказом Минприроды России от 22.07.2020 №468.

Обязанность по предоставлению отчета о воспроизводстве лесов и лесоразведении (по форме 1-ВЛ) установлена статьей 66 Лесного кодекса Российской Федерации, а требования, предъявляемые к нему, - Приказом Минприроды России от 21.08.2017 №452.

Анализ рассмотренных Арбитражным судом Республики Карелия дел показал, что обязанность по предоставлению указанных выше отчетов и сроки их предоставления также, как правило, закреплены в договоре аренды лесного участка.

Поскольку, заключив договор аренды, арендатор принял на себя обязательство по предоставлению указанных отчетов, Арбитражный суд Республики Карелия, руководствуясь вышеуказанными статьями Лесного кодекса Российской Федерации, статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, удовлетворял исковые требования.  Решения арбитражного суда первой инстанции по данной категории дел не обжаловались.

По результатам проведенного анализа можно сделать вывод о соответствии практики применения Арбитражным судом Республики Карелия лесного законодательства выработанным правоприменительным подходам.

При этом при рассмотрении требований о расторжении договора аренды лесного участка и возврате лесного участка следует учесть определение Верховного Суда Российской Федерации №304-ЭС24-12917 от 27.11.2024, согласно которому наличие у арендатора права на осуществление в границах горного отвода пользования недрами в соответствии с действующей лицензией не отменяет установленный законом порядок предоставления земельного участка в аренду, а также соблюдения условий договора аренды. Поскольку расторжение договора аренды земельного участка,  как и договора аренды лесного участка, осуществляется в соответствии с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 619, 622),  с учетом обстоятельств дела указанный подход может быть применен и при рассмотрении требований о расторжении договора аренды лесного участка и возврате лесного участка.

Опубликовано: 10.12.2024 14:16 Обновлено: 10.12.2024 14:16